Джуманджи. Фантастическая игра, участники которой могут оказаться где угодно | Будённовск.орг

Джуманджи. Фантастическая игра, участники которой могут оказаться где угодно

Дата: 05.03.2014 | Время: 11:57
Рубрики: Статьи | Комментировать

ДжуманджиBUDENNOVSK.ORG Вместо предисловия

Попечительство — форма устройства несовершеннолетних граждан в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет и граждан, ограниченных судом в дееспособности, при которой назначенные органом опеки и попечительства граждане (попечители) обязаны оказывать несовершеннолетним подопечным содействие в осуществлении их прав и исполнении обязанностей, охранять несовершеннолетних подопечных от злоупотреблений со стороны третьих лиц, а также давать согласие совершеннолетним подопечным на совершение ими действий в соответствии со статьёй 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Комиссии по делам несовершеннолетних призваны возглавить всю предупредительную работу среди несовершеннолетних, охрану прав и интересов детей.

Почему у одних людей жизнь течёт тихо и мирно, по широкому руслу, а у других «река» жизни полна порогов, перекатов и всяческого мусора? Почему одни имеют всё, а у других, порой, крыши над головой нет, и беды на их головы сыплются щедрым дождём?

Мне кажется, относительное благополучие зависит от отношения к жизни как таковой. Её нельзя разбазаривать и испытывать на прочность. Жизнь даётся единожды.

С главным специалистом сектора опеки и попечительства отдела образования администрации Будённовского муниципального района Ольгой Морозовой поднимаемся по скрипучим деревянным ступеням на третий этаж старого дома. Запах плесени, сырости и болезни создаёт чудовищный коктейль, который можно вытравить только основательным ремонтом.

В квартиру долго стучать не пришлось. Дверь открыла пожилая сухонькая женщина. Рядом моментально образовалась чёрная, лоснящаяся, ожидающая котят кошка и крохотный, в трусишках, мальчонка лет двух. Его звонкий голосок, необыкновенная подвижность и любопытный взгляд приковали моё внимание сразу же.

Мальчишечка, пока я беседовала с его бабушкой, раз тридцать по периметру обежал всю квартирку, состоящую из одной комнаты, микроскопического коридорчика, служащего кухней, подобия столовой и пародии на ванную, в которой, стыдливо забившись в угол, каким-то образом размещался экзотического вида туалет. Всё в этой квартире было особенным: и спальные места, и мебель, сменившая на своём веку нескольких хозяев, и стены, оклеенные какими-то особенно тёмными обоями, на которых рисунок рассмотреть было весьма сложно. Каждый участок пола был застелен ковриками, половичками, паласиками и ещё Бог знает чем. Несмотря на всю экзотику, хозяева в этой тесноте чувствовали себя великолепно.

На разложенной тахте вертелись человек пять ребятишек. Как впоследствии выяснилось, среди них были и соседские дети. Хозяйка помещений и мама троих детей – махонькая миловидная женщина, смахивавшая на девочку, с удовольствием демонстрировала свои владения, купленные на материнский капитал. Её, скорее всего, обжулили, потому что за такие апартаменты выложить почти 400 тысяч рубликов – роскошь непозволительная. Бабушка стайки внуков по этому поводу постоянно сокрушалась: не досмотрела, дескать, за дочкой, потратила, она, неразумная, деньги нерационально…

В тот момент я не была способна что-то оценивать, что-то или кого-то обсуждать или, тем более, осуждать.

От тюрьмы да сумы, как говорится, не зарекайся. Это ещё не известно, какой сюрприз преподнесёт судьба завтра.

Болезнь, немощи, потеря работы или близкого человека не одного сбросили с вершин Олимпа в бездну нищеты, безверия и разочарований. Это потом, спустя сутки, я могла бы спросить:

— Мамаша, а где вы были, чем занимались, когда ваша дочь росла? Чему доброму и полезному вы её научили? Почему она, будучи матерью троих детей, до сих пор не понимает всей меры ответственности за тех, кому подарила жизнь? И вы сами, уважаемая, знакомы с таким явлением, как ответственность?

Когда мы разговаривали с юной мамашей, я обратила внимание на её левую ступню, походившую на копытце.

— Простите, вы инвалид детства?

— Да нет, это мы поминали знакомую, и я шагнула из окна. Гипс скоро снимут.

— ?!

Шагнуть с третьего этажа и сломать ступню, а не шею – удача. Видимо, у таких людей Ангел-хранитель точно есть. Теперь окно намертво заклеено скотчем, а помещения остались без спасительного проветривания.

Теперь о детях, которые, похоже, чувствуют здесь себя вполне счастливо. Скоро должен вернуться домой отец. Он принесёт поесть, потому что в день зарабатывает целых 500 рублей.

Настоящий мужчина, который сам пригородил из подручного материала стенку для ванной, который — худо-бедно – содержит семью. Да, нет машины, да, жилплощади маловато, да, выпивает с друзьями… Сколько их, таких мужиков?

Увы, много. Только у одних из них жёны, как ломовые лошади, всё хозяйство и детей на горбу тащат, сводят концы с концами и помалкивают, потому что стыдно. А другим не стыдно, что стоят они годами на контроле у различных служб и ведомств, что к ним регулярно заходят с проверкой представители органов опеки и попечительства и стараются изо всех сил, чтобы детишек не забрали в детские дома, где сыто, где чисто, где ничего не надо делать, кроме уроков. Нет, тёти из опеки не злые, просто в последние годы выяснилось, что воспитанники детских домов активно пополняют армию граждан, к жизни в современном обществе не приспособленных. Они не могут в магазине выбрать для себя одежду, правильно распределить имеющиеся деньги. Они легко поддаются чужому влиянию и попадают в такие «истории», из которых не могут выпутаться до конца жизни.

Вторым домом для части детдомовцев становится тюрьма, в которой они и заканчивают свои «университеты». Благо, если директор детдома и коллектив воспитателей принадлежат к когорте настоящих учителей, а если это люди пришлые? Известна масса примеров, когда детдомовцы становились жертвой извращенцев всех мастей.

Вторая семья, которую мы посетили, расположилась в крепком доме.

Стоило калитке открыться, как из неё вышмыгнули две чистенькие и толстые как сардельки дворняги. Обвалившиеся ступени крылечка издалека предупреждали, что гостей ждут приключения.

Последние начались незамедлительно, с маленького захламленного коридорчика, в котором обосновался старый холодильник. Из-за него вышла замечательной золотистой расцветки курица, привязанная за ногу шпагатом.

Холодильник, как я поняла, служил ей и домом, и гнездом. Пол был уставлен мисками с едой пёсьей и птичьей. Судя по всему, животным здесь жилось спокойно и сыто. Кухня, в которую была переоборудована веранда, зрелище представляла весьма экзотическое.

Здесь, казалось, была собрана полная коллекция кустарной мебели, в разные времена производимой в городе. Посуда – разговор отдельный. Формы узнаваемые, но цвет… В общем, «экзотика». Царила во всём этом разнообразии необыкновенно приветливая женщина, немедленно поставившая перед начальником отдела опеки и попечительства задачу раздобыть несколько баночек малинового варенья, которое уж больно вкусное и полезное ей и детворе.

Жилые комнаты были логическим продолжением коридора и кухни, но почище. В светлице резвились чистенькие румяные мальчишки. Стеснительная белокурая девочка лет девяти перелистывала какую-то книгу. Наблюдала за детишками из угла дивана сухонькая бабулька. Она была настолько неприметна на фоне стены, что сразу её присутствие я не обнаружила. Старушку выдали глаза, пронзительно следившие за гостьями. Через несколько минут пребывания в многочисленном семействе меня посетило чувство покоя и ощущение того, что здесь все счастливы и всех всё устраивает. Никто на комфорт особо не претендует, довольствуются все тем, что Бог послал. А ещё привыкли к тому, что гости частенько приносят с собой что-нибудь съестное или из одежды.

Надо сказать, что мне, человеку мало посвящённому в проблемы так называемых неблагополучных семей, было в новинку узнать, что настоятели и прихожане Казанской церкви и храма Воскресение Словущее регулярно оказывают благотворительную помощь подобным семьям. И ни перед кем о своих «подвигах» особо не отчитываются, а делают действительно доброе дело.

А теперь пришло время для слов конкретных. Семьи, о которых я рассказала, могут в скором времени перестать существовать, потому что, по мнению специалистов соответствующих служб, права детей в них ущемляются.

Следовательно, детишек необходимо защитить от тлетворного влияния родных. Я считаю, что подобного рода действия возможны лишь тогда, когда испробованы все меры воздействия, когда остались без положительного результата все воспитательные приёмы.

Семьи, подобные описанным, сами по себе не появились. Они – порождение времени. Родители вышеупомянутых мальчишек и девчонок родились как раз в 80-е годы прошлого столетия. Они – дети тех, кто не смог устоять в период крушения империи, а вместе с ней – судеб. Они – дети недолюбленные, во многом неумехи. Они, по сути, сами дети, которых требуется брать за руку и обучать всему: ведению домашнего хозяйства, бережливости, добыванию пропитания, ответственности за свой завтрашний день, за будущее чад своих. Их необходимо терпеливо вводить в социум, выдёргивая из душных и неустроенных жилищ. Им необходимо показать, что существует иной мир, который им, может быть, не очень рад, но и не отталкивает их, не считает их изгоями, не чурается их.

Почему я пытаюсь – пусть пока на словах – защитить право детей на жизнь в семье, в кругу близких им людей? А потому что во время посещения детских домов мне практически не доводилось видеть радостных и счастливых детских глаз даже тогда, когда детишек буквально осыпали сладостями и вещами.

Дети, чаще всего, умнее своих благотворителей, они отлично понимают, что общество через подарки старается загладить перед ними свою вину.

Детдомовцы, которым больше 16 лет, отлично понимают, что через пару лет общество обязано обеспечить их квартирами, подсуетиться насчёт работы, социальных выплат и прочее. К чему лишние телодвижения, когда можно, не прилагая никаких усилий, сидеть на шее «провинившихся» и пожинать, пожинать… А потом производить себе подобных…

А что общество? Оно выработало меры защиты от «чужеродных элементов» в виде бесконечных законов, приказов и прескрипций. Оно создало систему надзорных органов, но забыло вложить в них душу. Сегодня редко встретишь специалиста, который бы неформально подошёл к исполнению обязанностей, да и ответственность на себя брать далеко не каждый хочет: к чему чужие проблемы, ведь и своих хватает. Зачем лишний раз морочить себе голову, если можно провести проверку холодильника семьи, состоящей на учёте, и, не обнаружив там колбасы, сыра и кастрюли с борщом, поставить вопрос о лишении родителей родительских прав. А вот здесь хочется осторожно задать вопрос: а всегда ли в наших холодильниках полный набор полезных и вкусных продуктов? И всегда ли в наших квартирах порядок, а взаимоотношения в семье образцовые?..

И о главном. Специалисты сектора опеки и попечительства обращаются ко всем прикумчанам с просьбой об оказании помощи многодетным семьям, поставленным перед выбором. Нет, не в плане денег, а в плане моральной или, если есть возможность, материальной помощи. Кто-то собрался избавиться от надоевшей, но ещё крепкой мебели, у кого-то залежались шторы, скопилась посуда, вещи. Может быть, у кого-то появилось желание познакомиться с семьями поближе и помочь разобраться в трудной жизненной ситуации, чему-то научить, чем-то помочь. Могу сказать, что детвора – за неимением телевизора и планшетов – с удовольствием штудирует книги, живо интересуется природой.

Буквально перед сдачей газеты в печать детишки одной из семей обзавелись двухъярусной кроватью, которую подарил им детский дом. Вы представляете, сколько было радости?

Если вас тронула просьба о помощи, и вы решили сделать доброе дело, звоните по телефону 5-22-23 (сектор опеки и попечительства) или прямо в редакцию. В данном случае редакция выступает в роли посредника. Заранее благодарны.

Наталья Чурсинова, «Будённовск сегодня»

Комментарии

Оставить комментарий

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.