В горах Кавказа может появиться памятный знак в честь князя Михаила, духовного защитника Твери и Будённовска | Будённовск.орг

В горах Кавказа может появиться памятный знак в честь князя Михаила, духовного защитника Твери и Будённовска

Дата: 21.05.2015 | Время: 21:51
Рубрики: Новости, Статьи | Комментировать

Михаил Тверской - единственное прижизненное изображение

Михаил Тверской — единственное прижизненное изображение

Budennovsk.org Остаётся 4 года до 700-летия великого подвига, совершённого тверским князем и великим князем всея Руси Михаилом Ярославичем. Подвиг этот не имеет аналогов – первое лицо государства, за жизнь которого должны отдавать свои жизни его подданные – отдал свою! Был ли у него выбор? Да, аланы, племена, населявшие в те времена районы Северного Кавказа, организовали ему побег, но князь отказался от побега, заявив, что «лучше мне сейчас погибнуть, но останутся жить тысячи русичей». Он знал, что готов карательный поход за то, что ордынские рати, целых два тумена ордынской конницы, потерпели сокрушительное поражение в сражении при Бортенево под Тверью.

Если бы князь тверской, спасая свою жизнь, бежал, то ордынская конница вновь пролила бы реки крови на русской земле. Михаил Ярославич Тверской по сути повторил подвиг Христа. Он осознанно взошёл на свою Голгофу. Его подвиг – «жизнь отданная за други своя», жив и в подвигах тех, кто вышел и разгромил хана Мамая на Куликовом Поле, и в подвигах тех, кто спасал Русь от поляков, в подвигах тех, кто разгромил Наполеона, кто пошёл защищать сербов в 1914 г., кто разгромил Гитлера.

Но почти 700 лет не было известно само место подвига тверского князя. И вот в прошлом 2014 году я был приглашён президентом Ю. Евкуровым в Ингушетию. Перед этим его познакомили с моей новой работой «Да поклонимся месту, где святой Михаил отдал жизнь за други своя». В этой работе мне удалось определить место духовного подвига нашего предка. Это место в нынешней Ингушетии, тогда эти районы Северного Кавказа были подвластны Орде, как, впрочем, и вся Северо-Восточная Русь.

В «Житии» Михаила Тверского содержится информация о том, что после убийства тверского князя тело было «перевезено за речку Адежь, иже речется Горесть, Горесть бо братие и есть…». Сейчас эта речка называется Ачалуки, а место убийства, о котором идёт речь, находится рядом с селением Средние Ачалуки.

Вместе с замечательным ингушским историком Нурдином Кодзоевым, который написал предисловие к моей работе, мы побывали в Средних Ачалуках. Сейчас там огромный и очень красивый завод минеральных вод – «Ачалуки», рядом не менее красивая мечеть. И совсем рядом, метрах в 100 влево — бальнеологический павильон, где проводится лечение минеральной водой. На карте-плане, который мне сделали ещё в Твери на кафедре географии Тверского Госуниверситета, и снятой со спутника, вдоль русла ясно читается название реки «Ачалуки».

Небольшой группой, с нами были ещё помощник Главы Ингушетии Юсуп Костоев и группа ингушского ТВ, мы спустились к реке. Я попросил налить мне воды, не обработанной на заводе, а из самой реки. И мы все были вознаграждены – вода из реки оказалась действительно горьковато-солёной. Мы с Кодзоевым облегчённо вздохнули – мы на правильном пути, вода в «речке Адежь (Ачалуки)» такая, как и описана в «Житии» Тверского князя.

Историк В. Виноградов об этом написал, что если «слова о горечи аллегория, то всё равно факт остаётся фактом: Адежь (Горесть) – горькая река». Кроме того, у реки Ачалуки есть приток Къахь-хий – «горькая речка». Поскольку вежа тверского князя находилась совсем близко от этой реки и, возможно, тверитяне именно эту воду употребляли в пищу, они доподлинно могли знать вкус этой воды. Но осознание величия трагедии, произошедшей тогда, превратило в устах автора «Жития» — «Горечь» в «Горесть», что, в известном смысле, довольно близко по смыслу.

Трансформацию самого гидронима — т.е. названия реки — из Адежь в Ачалуки в своё время достаточно убедительно доказал В. Виноградов, а затем ещё более расширил эти доказательства Н. Кодзоев.

Когда я познакомил со своей работой выдающегося историка В. А. Кучкина, он, согласившись с выводами, в принципе высказал следующее пожелание. Да, изменение гидронима достаточно убедительно, но В. Виноградов всё же историк, а не филолог, не лингвист. Для полной убедительности необходимо мнение филолога-лингвиста, востоковеда.

По моей просьбе Н. Кодзоев переговорил с ингушскими лингвистами и они объяснили ему, что звук «ч» это глухой аналог звонкого «дж» и что в ингушском языке переход «дж» в «ч» — обычное явление.

После этого я сам обратился к доценту кафедры русского языка Ингушского госуниверситета, старшему научному сотруднику отдела ингушского языка Ингушского НИИ им. Чаха Ахриева, кандидату филологических наук Лилии Тариевой и она прислала мне на трёх страницах подробнейший анализ трансформации Адежь в Ачалуки, откуда следует главный вывод: «Таким образом тюркское Ачча (как калька с ингушского «Горькая река») произносилась ингушами как [Aд’ж’ъ]».

Ещё в первый мой приезд в Ингушетию в 2013 г. я посетил мавзолей Борга-Каш, построенный в 1405 – 1406 гг. Над входом сохранились надписи: «Бексултан сын Худайнада» и «Да будет постройка свободна от (всего) дурного».

Бексултан был современником и, возможно, участником войны Тимура с Золотой Ордой. Вот легенда о нём в изложении Н. Кодзоева: «Бексултан был влюблён в княжну, да и княжна была неравнодушна к нему. Бексултан обычно спал, стреножив лошадь, подложив седло под голову и подостлав под себя бурку на том самом месте, где теперь находится мавзолей Борга-Каш (могила Борга). На этом месте он пас свой скот и следил за тем, чтобы какая-нибудь шайка разбойников не угнала его. Княжна часто выходила на курган и смотрела на Бексултана, а Бексултан на неё, и так они любовались друг другом».

Разумеется, я упомянул мавзолей как один из ориентиров при локализации места гибели тверского князя, названный в источнике как «богатырёва могила». Но дело в том, что «богатырёва могила» не упоминается в более ранних источниках, этот топоним появился лишь в «Никоновской летописи», составленной в XVI веке.

Многие историки, и в частности В.А. Кучкин, пишут о том, что «Никоновская летопись» изобилует «позднейшими вставками», а это снижает их достоверность. Но то, что топоним «богатырёва могила» не упоминается в источниках XIV века, можно и должно расценить как одно из доказательств его достоверности. Борга-Каш действительно построен не в начале XIV века, когда происходили описываемые события, а в начале XV века, а потому он и не мог попасть в источники начала XIV века. Но вот какие выводы напрашиваются из анализа этой ситуации.

Первое. Связь древней Руси с этими регионами Кавказа не ограничивается двумя событиями, описанными в русских летописях, а именно разорением Дадакова в 1278 г. и казнью тверского князя в 1318 г.

Второе. Оказывается, что для русичей XV и XVI веков место казни тверского князя было хорошо известно, оно было бесспорным, а потому возникновение и упоминание мавзолея Борга-Каш как нового топонима становилось дополнительным и важнейшим аргументом при локализации места гибели тверского князя.

Третье. Если учесть, что Тверь ко времени создания «Никоновской летописи» была полностью подчинена Москве, значит сама Москва достаточно высоко оценивала нравственный, мученический подвиг Михаила Тверского и связала воедино через упоминание «богатырёвой могилы» деятельность Бексултана и подвиг «жизни отданной за други своя» тверским князем.

Анализ ответа Тариевой приводит к ещё двум очень важным выводам. Поскольку Адежь, по ее утверждению, это ингушский вариант тюркского Ачалуки, следует допустить, что сопровождавший Михаила Тверского будущий составитель «Жития» отец Александр почерпнул эту информацию не от ордынцев, которые должны были бы назвать эту реку уже Ачалуки, а именно от местных алан, называвших её Адежь.

Наконец, ингушское Адежь даёт основание утверждать, что те аланы начала XIV века, которые населяли данный регион, могут считаться предками нынешних ингушей.

Таким образом все известные топонимы и гидронимы сошлись именно в этом месте, и мы теперь уверенно можем констатировать, что место гибели Михаила Ярославича Тверского найдено, если и не с точностью до одного квадратного метра, но с уверенностью можно говорить о месте выхода из Сунженской долины к речке Адежь – Ачалуки.

А потому, резюмируя всё вышесказанное, можно ожидать, что ещё в преддверии 700-летней годовщины подвига тверского князя в Ингушетии появится памятный знак в его честь. А видеофильм об этом подвиге, который решило сделать правительство республики, увидит не только Ингушетия и тверская земля, но и вся Россия. И всё это станет событием не только для Твери и Магаса, но и для всех россиян.

Георгий Пономарёв, http://gazetaingush.ru/

Комментарии

Оставить комментарий

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.